Слова врагов недорого стоят
В мировой политике понятие «друзья» весьма условное. Уместно другое слово – союзники, и союзниками они являются лишь до тех пор, пока это выгодно, а затем резко стать врагами, а то и вовсе «ударить в спину». Яркие тому примеры – США и Великобритания были союзниками СССР, а после Победы сразу стали врагами; или та же Великобритания, бывшая союзником России по Антанте активно способствовала февральскому перевороту. Конечно, после приведённых примеров хочется сказать: «Таких друзей – за хобот, и в музей», но не все так просто. Обстоятельства вынуждают вступать в союзы, это вещь понятная, но всё равно в голове надо держать ту мысль, что в критической ситуации рассчитывать можно лишь на Господа Бога и на себя; отсюда и фраза Александра III: «У России два союзника – армия и флот».
Это к тому, чтобы мы серьёзно относились к понятию «друзья», и не разбрасывались им. Здесь надо прежде всего судить по делам, а не по сладким речам, а то у многих легковерных граждан и дядя Яша «друг». Не надо восхищаться приятными словами, радостно пуская слюни по этому поводу. Несколько лет назад на нашем ТВ часто можно было видеть репортажи про господина Киссинджера – дескать, «мудрец», «патриарх» и т.п. бред. А зачем, откуда столько пиетета и уважения к старому врагу? Да, может он говорил вещи приятные для нас, а если посмотреть на его дела? Он был американским политиком, политиком страны, которая давно является нашим геополитическим противником. Он способствовал политике «разрядки» между Союзом и Штатами, но к чему это нас привело? К «Горби», Перестройке и развалу; может для нас было выгоднее поддерживать с противником отношения холодные, чем полезть обниматься и получить нож в спину? «Интеллектуал». Да, интеллектуал, не спорю. Но на что был направлен его интеллект? Во вред твоей же стране, тупорылый ты журналист! Между прочим, для справки, Киссинджер был одним из самых влиятельных масонов в мире. Только не надо это слюнявое: «О мёртвых либо хорошо, либо ничего». Это уместно в повседневной жизни, на похоронах и так далее. Если же мы обсуждаем мировую политику, то в интересах исторической правды должны сказать так как есть. И вот мнение автора: со своим хвалёным Киссинджером убирайтесь куда-нибудь подальше, так как он всю жизнь был нашим врагом, и вся его хвалёная мудрость была направлена нам во вред. Понимаю, что и врага можно уважать, но вы в своих лицемерных репортажиках ведь не говорите прямо о его враждебной деятельности, а лишь говорите красивые слова.
В истории множество примеров, когда излишнее доверие к «друзьям» привело к трагическим последствиям. Так, ещё во времена великого Гая Юлия Цезаря один римский легион стоял лагерем в Галлии. Время было мирное, и римские солдаты вышли из лагеря и пошли заготавливать дрова – чтобы греться и готовить пищу. В лесу на легионеров неожиданно нападают галлы, завязывается схватка, которая заканчивается «в ничью». Обе стороны несут потери и расходятся. Римским легионом командовали Титурий Сабин и Аурункулей Котта; они послали переговорщиков к галлам с вопросом: «В чём дело? Сейчас же нет войны». А местный вождь, Амбиориг, ответил примерно так: я многим обязан Цезарю, ведь он освободил меня от дани, которую я платил другим племенам, и вернул мне сына, который был в заложниках. Моё племя заставило меня начать войну, потому что решили восстать все галлы одновременно, чтобы римляне не могли прийти на помощь друг другу; я же воевал вынуждено, но на самом деле я ваш друг, и дам вам дружеский совет, чтобы спастись. Вам нужно уйти отсюда, чтобы спастись, потому что скоро сюда подойдут германцы, а вас намного меньше, так что вы все погибнете. Уходите сейчас, и я обещаю, что ваши войска никто по дороге не тронет, а вы свободно, с оружием покинете эти земли и соединитесь со своими (то есть римлянам была предложена своего рода почётная капитуляция).
Переговорщики доложили о предложении вождя военному совету. Разразился ужасный спор: как же поступить? Котта и часть центурионов кричали, что верх позора принимать решения по совету врага; что они обязаны ждать приказа Цезаря, а в укрепленном лагере можно выдержать осаду любых полчищ. Сабин же с единомышленниками кричал что в лагере их просто заморят голодом, что надо послушать совета Амбиорига, уйти пока есть возможность. Ругались и спорили несколько часов; наконец Котта сдался на приведённые аргументы и решили уходить. Всю ночь собирались и на рассвете вышли из лагеря. Колонна шла по лесистой местности, и когда все воины спустились в лощину случилось то, чего и следовало ожидать: воины Амбиорига напали на римлян из засады в двух местах: авангарде и арьергарде, и застигнутым врасплох легионерам пришлось сопротивляться еще и в окружении.
Легион образовал каре и занял оборонительную позицию. Галлы же не спешили вступать врукопашную, но засыпали противника градом стрел и камней, а также завязывали мелкие стычки. Во время обхода когорт Котта был ранен камнем из пращи прямо в лицо. Уже в восьмом часу дня шокированный всем происходящим Сабин, увидев издали Амбиорига запросил переговоры. Амбиориг дал ему честное слово, что его никто не тронет; Сабин предложил Котте пойти с ним, но тот наотрез отказался. Когда Сабин с военными трибунами и центурионами подошёл для переговоров им приказали бросить оружие, что они и сделали. Амбиориг же намеренно затягивал переговоры, пока всех спутников Сабина и его самого не окружили и не убили. Котта же погиб со своим отрядом, с оружием в руках. Оставшиеся в живых римляне отступили в лагерь, где выдерживали атаки врага до ночи, а затем, потеряв всякую надежду, все покончили с собой. Отдельные выжившие после многих опасностей и блужданий по лесам добрались до лагеря легата Лабиэна, где и рассказали о случившемся.
В дальнейшем Цезарь конечно отомстил тому племени, однако самого Амбиорига поймать не удалось: он скитался где-то с несколькими всадниками и его дальнейшая судьба неизвестна.
А в остальном же… Сами решайте, дамы и господа, стоит ли доверять врагу.
---
Никот
---
----
